Соседи понимающе кивали, но говорили, что ничего подобного не слышали, и спрашивали, сам Карло трудился или нанимал кого. Карло рассказывал, как до утра справился с работой.

— Хорошо, — говорили соседи и загадочно улыбались. — И канава хорошая. Засыпать сам будешь или наймешь кого?

Странные вопросы! Разумеется, Карло не станет никого нанимать, если уж выкопал, то засыплет как-нибудь. Но вот эти странные вопросы, улыбки и насторожили его. Подумал он и отправился к соседу.

— Почему траншею не готовишь? — спросил, а сосед такой вид сделал, будто бы слышит об этом впервые: стал спрашивать — что за траншея и зачем.

— Как это, что за траншея! Ты же сам видел, что я копал ночью! Видел? Видел! Специалисты приходили, видел? Экскаватор был, так? За столом сидели, ты был! Был?

— Был, — ответил сосед. — Но мы и на прошлой неделе у тебя сидели, и тоже — за столом. Песни пели. Что же из этого?

— Как это что! — еще больше распалился Карло. — Специалистов видел? Видел! Зачем, думаешь, они приходили?

— Посидеть с нами, — ответил сосед, — поговорить, выпить и попеть. Это же друзья твои — я правильно понял? Ты их вчера братьями называл. А траншея? Первый раз слышу!

— А-а! — закричал Карло, понимая наконец, что на этот раз провели его. — Глупая моя голова! Что же делать?! Что?

А что же сделаешь, и сосед разумно посоветовал засыпать канаву, посмеяться и забыть. Что же еще? Разве посидеть как-нибудь вечером за стаканом вина, поговорить, посмеяться и попеть. Больше ничего и не придумаешь.

Карло так и сделал, но когда засыпал траншею, то чуть не плакал, вспоминая темную ночь, лампочку и лопату. И все приговаривал: «А-а!.. глупая моя голова!» А после, когда его спрашивали, что за странный вал у него в саду, он только смеялся, потому что любил посмеяться, а над кем — над другими или над собою — какая разница, хотя над другими, оказалось, приятнее. Как бы там ни было, он не унывал.